Человечество ждет его, затаив дыхание. Вполне обычный,
ничем не примечательный в водовороте времени день, он начнется
и закончится точно так же, как и миллионы ему предшествовавших.
Природа не знает праздников, и только для нас, ее самого смелого
и противоречивого творения, этот день станет особенным, мы
вступим в свое третье тысячелетие. И сейчас самое время задуматься
о прожитом, попытаться подвести некоторые итоги и вспомнить своих 
героев, мучеников и злодеев. Было хорошее и плохое, победы и поражения,
великие свершения и чудовищные преступления. И за всем этим стоит
человек - существо, возвысившееся над животными стадами, но не
возросшее до уровня богов. Существо любящее, убивающее, мятущееся
в раздирающих его противоречиях, ужасающее в своей низости и 
восхищающее в своем величии. Среди всех тайн, будоражащих и терзающих
человечество, величайшей является сам человек.

       Наше прошлое, пропитанное сумрачным вероломством невежества,
кровью невинных жертв, холодным блеском презренного металла и ярким
пламенем мысли одиноких гениев, являет собой извилистый, то трагически
безнадежный, то воскрешающе просветленный путь человека к самому себе. 
Путь к самопознанию, чаще всего неосознанный, лишь немногие искатели 
истины или безумцы, бросая вызов всеобщему сытому благодушию, пытались 
углубиться в бездонные недра человеческой души. Кого-то постигало горькое 
разочарование, другие находили спасительные ростки святости в темных 
закоулках амбиций, страстей и пороков. Каждый из них был по-своему прав, 
человеческая сущность настолько сложна и труднопостижима во всем многообразии
своих проявлений, что не вписывается в стандартные формулы оценочных
определений. 

       Доброе и злое, святое и презренное, вечное и преходящее 
переплетается в человеке настолько тесно, образуя не имеющий в
природе аналогов сгусток вопиющих противоречий, что даже светлый ум 
философа и животворное перо художника могут лишь констатировать факт
патологической неопределенности и необъяснимости. Скальпель мысли
препарировал духовную сущность наиболее загадочного из известных
миру существ, но самые великие доктора смогли лишь поставить диагноз
- человек относительно разумный, кризис затянувшегося перехода на более 
высокую стадию развития.

       Какими же мы стоим на пороге третьего тысячелетия, чего все-
таки в нас больше, темного или светлого, животного или божественного ?
Стали ли мы лучше и мудрее, имея за плечами опыт ушедших поколений ?
Скорее всего, некий баланс между добром и злом по-прежнему сохраняется,
подтверждая, казалось бы, предположение о том, что такое равновесие 
является единственно возможным условием нашего существования. Однако 
соглашаться с этим не хочется, посколько это означало бы добровольное 
прозябание в вечном несовершенстве, деградацию духа и поражение перед 
лицом зла и невежества. 

       Незримая борьба между добром и злом непрерывно идет как в
отдельном человеке, так и в обществе в целом. И в отличие от зла
будничного, уличного, примитивного, зло на высшем уровне уже не может
проявлять себя столь же нагло и бесцеремонно, как это было, скажем,
в средние века, зло старается идти в ногу с цивилизацией. Оно вынуждено
маскироваться, искать новые, более изощренные формы и обличия, дабы
ввести в заблуждение и успокоить рядовые общественные массы, у которых
искусственно создается впечатление, что зла становится меньше.

       Уходящее столетие - век средств массовой информации, являющихся
прекрасным подспорьем для насаждения всеобщего умиротворения, а точнее -
зомбирования масс, на фоне развертывающихся политических игрищ, экономических 
и духовных катастроф. Трагикомизм происходящего в сочетании с нелепостью 
преподносимого стал печальной обыденностью нашей жизни. Подобное имеет 
место не только в родной стране, но и во всем так называемом цивилизованном 
мире, который периодически устраивает показательные акции образцового 
торжества разума и гуманности, как, например, в случае отмены смертной казни, 
в то время как реальная цена жизни отдельного человека хорошо известна, 
что наглядно демонстрируется во время миротворческих миссий.

       Следует признать, что бесполезно ожидать духовного очищения сверху, и 
не потому, что к вершинам власти удается, как правило, продраться не самым 
добродетельным представителям рода человеческого. На данном уровне своей 
духовности человечество просто не заслуживает, да и не признает, иного собой 
управления. Представьте себе ситуацию, когда президентом какой-либо державы 
стал бы праведник уровня Иисуса Христа. Принял бы народ такого правителя ? 
Ответ, я думаю, ясен. На каждого праведника найдется свой крест.

       Беспрецедентной и поучительной попыткой перехода к более 
высокодуховному уровню общественного устройства явилось создание
в уходящем веке социалистических государств. Результат этого великого
и печального эксперимента хорошо известен, вывод - человека нельзя
заставить стать лучше, он должен сам этого захотеть. Прекрасная
по своей сути идея социализма не могла быть реализована на абсолютно
неподготовленной для этого почве. Богатого невозможно заставить
поделиться с бедным, отнятые же у него блага непременно обретут
не менее эгоистичных хозяев, при всякой попытке революционного
создания более совершенного общества происходит всего лишь 
перераспределение ролей и материальных благ. 

       Переход к социализму возможен лишь в ситуации, когда подавляющее 
большинство населения достигнет такого уровня духовности, при котором 
более сильный, умный и талантливый, а значит - имеющий возможность 
обладать большим количеством благ, человек посчитает недостойным для 
себя в чем-то обкрадывать более слабого, глупого и посредственного
собрата и добровольно уравняет с ним свои запросы (при этом сам
менее наделенный природой собрат должен обладать не меньшей
степенью духовности). Готовы ли мы сегодня к настолько сознательному
переходу к социализму ? Думаю, что нет, и довольно сомнительно, 
что окажемся готовы в ближайшем, по крайней мере, будущем. 

       Капиталистическое устройство общества, основанное на
элементарных проявлениях животной сущности человека, является на
сегодняшний день наиболее приемлемым, хотя и далеким от совершенства.
Капитализм если и можно считать в какой-то степени раем, то только для
избранных природой, душещипательные истории о сказочной жизни 
заграничных бездомных и безработных серьезно воспринимать не стоит.
При капитализме всегда будет присутствовать определенный процент
обездоленных, это является не только его фатальной неизбежностью,
но и продиктовано необходимостью - всякий здравомыслящий человек
пуще самой смерти обречен бояться попасть в их число, а значит
будет своим собственным стремлением к преуспеванию способствовать
преуспеванию и процветанию самого общества. Принципы естественного
отбора и подавления слабого более сильным довольно жестоки, но нужно
признать, что на лучшее мы сегодня рассчитывать не можем.

       Общественное устройство отражает уровень мышления его основателей 
и рядовых членов, поэтому, прежде чем возмущаться несовершенством
окружающего мира, человек должен попытаться заглянуть вглубь
самого себя. И что же он, скорее всего, там обнаружит ? Все тот же, 
уже упоминаемый, клубок неразрешимых противоречий. За исключением отдельных
представителей, человечество в большинстве своем балансирует на грани
добра и зла, не решаясь или не желая сделать решительный шаг в ту или
иную сторону. Падению в бездну зла препятствует наличие совести и здравого 
смысла, полет к совершенству сдерживают животные инстинкты, причем
сила воздействия обеих категорий примерно одинакова, что и поддерживает
человека в таком неопределенном состоянии. Можно констатировать, что
на данном этапе своего предполагаемого развития человечество достаточно 
умно для того, чтобы себя не уничтожить, но недостаточно духовно,
чтобы совершить прорыв на новый уровень мышления, в большей степени 
духовный, чем животный.

       Стоит заметить, что не все так плохо, как может показаться.
Присутствие в человеке задатков доброты и совести, которые являются
абсолютно излишними для существа сугубо животного и даже ему
противоречащими, дает основание надеяться на дальнейшее духовное
совершенствование. Зло является примитивным проявлением животной сущности,
оно более естественно, чем добро, для любого живого существа, человек 
лишь обогатил его своим разумом и подчинил своим интересам. Добро же
требует определенной работы интеллекта и духа, нуждается в воспитании
и культивировании, оно более сложно по своей природе, являясь приобретением
человека в процессе его совершенствования (или дано свыше ?), 
и, возможно, новое существо в эволюционном развитии будет носить имя 
человека доброго, или гуманного, как высшей ступени существа разумного.
Иного пути развития для человека не существует, об этом же, кстати,
говорит и Библия. Но мы никогда не станем добрее, а следовательно -
лучше, если сами этого не захотим, если не ощутим в этом внутренней
потребности и не найдем в себе силы, досточной для того, чтобы позволить
себе быть добрее.

       Мы не станем лучше до тех пор, пока не поймем, что злом является 
все, что может причинить боль и страдание и не посчитаем недостойным
и унизительным для себя быть его рабами. Мы не станем лучше, если не 
научимся, наконец-то, сопереживать чужой боли, чужому несчастью, не 
презирать тех, кто слабее нас и не топтать тех, кто оступился. Мы не 
станем лучше до тех пор, пока будем продолжать спокойно проходить мимо 
детей с протянутой рукой и стариков у мусорных баков. Мы не станем лучше, 
если не перестанем строить из себя высоких моралистов, осуждая и преследуя 
инакомыслящих и не выработаем в себе элементарное уважение к окружающим.
Мы не станем лучше до тех пор, пока не осознаем и не устыдимся своего 
нынешнего духовного невежества.

       Только доброта способна спасти мир, и его спасение нужно начинать
с себя. Но этим мы займемся уже в третьем тысячелетии. А пока самое
время основательно подготовиться к Новому году, который мы встретим в
кругу близких, любимых людей. Ради них, и ради тех, кто придет после
них, мы должны, просто обязаны постараться сделать этот мир лучше,
чище и счастливее.

2000 г.